Бурно М. Е. О медицинской (клинической) психологии клиницистов

Медицинская (клиническая) психология сложилась в своих классических естественнонаучных основах как область клинической медицины, прежде всего, благодаря немецкому психиатру Э. Кречмеру (1888–1964) в первой трети ХХ века (Кречмер, 1927; Kretschmer, 1975). Кречмер писал о насущности «психологии, которая возникла бы из врачебной практики и была бы предназначена для практических задач врачебной профессии» (Кречмер, 1927: 8). Научной основой этой психологии, по Кречмеру, должно быть не чисто психологическое (в сущности, идеалистическое — М. Б.) движение мысли Фрейда, Ясперса и других исследователей психологического склада ума (при всех «многочисленных точках для соприкосновения и взаимного понимания» с ними), а именно «строго естественнонаучные построения», понимание биологической основы даже «более высоких душевных процессов». В этом же 3-м издании «Медицинской психологии» (Кречмер, 1927) Кречмер с уважением описывает экспериментально-психологические методы того времени. Но и позднее, в пору уже довольно высокого развития экспериментальной и теоретической психологии, Кречмер был убежден в том, что основополагающее, решающее в изучении душевного состояния душевноздорового человека — это описательное (дескриптивное) характерологическое исследование (Kretschmer, 1975). Речь идет об исследовании (как принято говорить в клинической медицине) с помощью естественнонаучного (клинического) наблюдения и размышления, подкрепляя его, сколько и где возможно, экспериментально-психологическими исследованиями.

В сущности, и сегодня наша отечественная медицинская (клиническая) психология клиницистов (и клинически образованных психологов с естественнонаучным складом ума), в основном, стоит на этом кречмеровском фундаменте. В учебнике «Клиническая психология», рекомендованным Учебно-методическим объединением по медицинскому и фармацевтическому образованию вузов России в качестве учебника для студентов медицинских вузов (Лакосина, Сергеев, Панкова, 2005) постулируется о медицинской (клинической) психологии следующее. «Она тесно связана с целями и задачами практической медицины. Без такой связи она не только беспомощна, но и неприемлема» (там же: 123). Авторы учебника, как и Кречмер, считают главным методом исследования здоровой души — клиническийклинической беседой в его основе) (там же). Учебник современно-стройно развивает мысли Кречмера и других врачей с естественнонаучным складом ума о медицинской психологии, охватывая все основные клиники — кардиологическую, гастроэнтерологическую, гинекологическую и т. д. В учебнике дается представление и о методах экспериментально-психологического исследования, однако подчеркнуто, что, по причине существующих здесь специфически психологических сложностей, «психологические эксперименты и тестирование должны проводиться профессиональным психологом или, по крайней мере, прошедшим специальную подготовку психиатром, либо врачом другой специальности» (там же: 129).

Вынужден напомнить существо классической медицинской психологии клиницистов, поскольку давно уже существует в мире и у нас еще и медицинская психология психологов. Эта медицинская психология отправляется не от естественнонаучного (клинического) исследования характера, души пациента, а от психологических теорий и тестов. Эта медицинская психология психологов нередко заслоняет собою классическую медицинскую психологию клиницистов или перемешивается с ней. Психологи, работающие в медицине (и даже врачи с психологическим (не клиническим) складом мысли) заявляют клиницисту, который в исследовании характеров своих соматических пациентов опирается гораздо более на клиническую беседу, нежели на тесты, — заявляют, что результаты этой клинической беседы с пациентом не могут быть объективными, поскольку разные исследователи усмотрят у одного и того же пациента разные характеры.

Такое, конечно, случается в клинической медицине, но этот «субъективизм» объясняется лишь несовершенством диагностики некоторых специалистов, пока не побеседует с пациентом сведущий. Хорошо известно, что судьбу «испытуемого» (судебно-психиатрический термин) во всем мире решает, прежде всего, клиническая беседа, охватывающая личность в ее бесконечной целостности, а не тест. Такова специфика исследования идеальной души — в сравнении с исследованием материального тела пациента. В последнем случае клиницизм многих специалистов сегодня нередко вянет оттого, что, например, на магнитно-резонансной томограмме «все видно».

Выходит множество работ врачей и психологов по медицинской психологии без единого живого слова о душевном состоянии пациента, наполненных цифрами, графиками, статистикой и ничего не дающих практическому врачу. Когда же появляется в печати живое характерологическое описание, в котором практический врач с удовлетворением видит, вспоминает своих пациентов, понимая теперь, как надо было бы с ними общаться, чтобы лучше им помочь, исследователь с психологическим складом ума (или просто не чувствующий объективности клиницизма) хмурится и говорит, что это все субъективно, недоказуемо. Говорит, например, о следующем описании пациентов с психастеническими особенностями характера, сделанном практическим терапевтом Н. П. Грушевским (Грушевский, 1994). «…Появившееся увеличение подчелюстных узлов после простудного заболевания и имеющиеся сведения о возможности увеличения этих узлов при остром лейкозе и раковом заболевании заставляют психастенического человека ежедневно и помногу раз ощупывать эти лимфоузлы и терзаться предстоящими страшными страданиями, а порой в мыслях подыскивать себе место на кладбище. Сам внешний вид таких пациентов: астено-диспластическое телосложение и неуклюже-застенчивое появление в кабинете врача — уже позволяет судить об их характере. <…> Порой, не ожидая даже помощи от врача, поскольку «помочь все равно невозможно», психастенический человек ждет ясности, пусть ужасной, но определенности. Так он устал от своих сомнений» (там же: 102).

Убежден, что психолог и клиницист — каждый из них — должен делать в медицинской психологии свое дело. Психолог — экспериментальное, теоретическое (в духе психоаналитических, экзистенциальных и других концепций), а клиницист — клиническое, врачебно-практическое, и, прежде всего, древней и вечной клинической беседой. За исключением, конечно, тех случаев, когда врач тянется природой своей в психологию, а психолог, жадно читающий медицинские работы, — в клиницизм.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Грушевский, Н. П. (1994) О психотерапевтическом поведении с соматическими пациентами в зависимости от их характерологических особенностей (опыт работы терапевта) // Московский психотерапевтический журн. №4. С. 97–116.

Кречмер, Э. (1927) Медицинская психология. Пер. с 3-го немецк. изд. М.: «Жизнь и Знание».

Лакосина, Н. Д., Сергеев, И. И., Панкова, О. Ф. (2005) Клиническая психология: Учебн. для студ. мед. вузов. М.: МЕДпресс-информ.

Kretschmer, E. (1975) Medizinishe Psychologie. 14. Aufl. Stuttgart: Thieme.


Опубликовано: Успехи теоретической и практической медицины: Материалы научных исследований Российской медицинской академии последипломного образования. (2007) Выпуск 7. т. 1. М.: РМАПО. С. 158–160.